BLOGBUSTER » Пелевин t

На выходных прочитал «t» Пелевина.

Обычно так распоряжаться своим временем для меня непозволительная роскошь, и книги я читаю в электричках/маршрутках по дороге на работу.
Но увидев, что повествование начинается с созерцания картины идущего за плугом графа Т. из Ясной Поляны, уловил в этом мистический сигнал космоса и решил книгу форсировать.

Но в общем-то напрасно. (Т.е. книга хорошая, но форсировать было не обязательно ).

Нет, Пелевин, конечно велик. Но вот есть такое впечатление, что Виктор Олегович таки стал повторяться.

Да, я прекрасно отдаю себе отчёт в том, насколько рецензия в духе «Пелевин уже не тот» не оригинальна. И что, мол, Пелевин если и повторяет, то свое, а я вот чужие мысли в сотый раз за очередным умником перекрикиваю.
Я не об этом.

И даже не о том, что в каждом своём произведении Пелевин рассказывает на разный манер одну и ту же буддистскую притчу о невозможности определить, кто кому снится: Конфуцию, что он мотылек или мотыльку, что он Конфуций.

И не про сеансы спиритизма с портретами и наркотические опыты с говорящими животными. Не про то, что на страницах новинок хотя бы мельком обязательно появляются герои его прошлых романов (в «t» мы встречаем не кого-нибудь, а самого Василия Чапаева). У меня большие подозрения, что все это как раз Пелевин нарочно делает.

Но Пелевин стал повторяться не тактически, а стратегически, вот в чем штука.

Я имею ввиду тему множественных авторов-творцов, создающих и составляющих героя. Основная идея книги, сюжетный стержень.

Ведь все это уже было сказано в «Шлеме ужасов». Только на мой взгляд, гораздо изящнее и лаконичнее. И даже якобы новое, по мнению некоторых рецензентов, введение в текст Читателя — всё это тоже было в «Шлеме». Просто в «t» описание этого процесса происходит с другой стороны. Выражаясь в терминах книги: не со стороны неба, а со стороны букашки.

Если в «Шлеме ужасов» тема раскрывалась посредством персонажей чата, то на этот раз Пелевин иронизирует над коллегами по цеху (явно узнается, например, Акунин), в том числе над самим собой. Героя по очереди творят «литературные негры», каждый на свой лад. Но не все так просто, ведь и герой сам не промах. К концу книги роли Авторов, Героев и Читателей перемешиваются так плотно, что окончательно перестаешь понимать, кто есть ХУМ. И предсказать, чем весь этот театр закончится совершенно нет никакой возможности. (Этим Виктор Олегович от коллег по цеху выгодно отличается.)

Но в целом книга приятная. Актуальная (кризис, двухголовый император Петропавел), патриотичная (Толстой и Достоевский, водка и колбаса).
Особливо порадовал КОТ давинча, ну вы понимаете.
Ну и классических пелевинских перлов про чекистскую крышу полно:

Жуткий человек, его реально все боятся. Монстр. Каждое воскресенье летает на Эльбрус — охотится с вертолета на снежного леопарда. Охрана ставит на склон «макбук эйр» с мак ос десять-шесть, а он его из снайперской винтовки коцает.

Твои креативщики на все ибрагимические религии баллон катят. Даже зороастрийцев оскорбили.

Сулейман не понял сначала — каких, говорит, еще зороастрийцев? А Шмыга говорит, таких, мля. Россиян-маздаистов.

Сулейман говорит — вы, товарищ генерал, о каких маздаистах — о шестых или о третьих?

Рекомендую.